Этот материал является цитатами совместной книги А.Копытина и Б.Корта «Исцеляющее путешествие: техники аналитической арт-терапии». Александр Копытин – является председателем Арт-терапевтической ассоциации (Санкт-Петербург), Беверли Корт – это арт-терапевт (Великобритания), член Британской ассоциации арт-терапевтов, более 20 лет проработала арт-терапевтом в лечебных и учебных учреждениях европы.

В традиционных историях (сказках, мифах, преданиях) в изобилии представлены различные магические (волшебные) объекты, способные наделять героев особой силой или защищающие их в их путешествии. В этой главе будет показано, каким образом арт-терапевты могут использовать представление о талисманах в ходе своей работы с клиентами. Мы постараемся показать, на каких психических механизмах основано представление о защищающих и трансформирующих возможностях талисманов, а также описать и проиллюстрировать некоторые специальные техники, связанные с созданием в процессе арт-терапии особого рода изобразительной продукции, выполняющей роль талисманов.

 Магическое мышление

В детстве и в «измененных состояниях сознания» мы можем воспринимать окружающие объекты как одухотворенные, заключающие в себе некую сущность, энергию, мыслящее начало, с которыми можно взаимодействовать. Также при переживании невротического или острого психотического состояния у человека могут возникать подобные представления, которые приобретают навязчивый, болезненный характер. Аналогичные проявления мыслительной деятельности человека могут использоваться конструктивно, например, в ходе арт-терапевтической работы.

Создание «магических» объектов позволяет также пережить творческое перевоплощение – быть самим собой и, в то же время, почувствовать себя кем-то другим, ощутить в себе «сущность» другого человека, животного или растения. Выходя, таким образом, за пределы устоявшихся представлений о самих себе, мы можем получить новый опыт и проявить новые качества и формы поведения. Подобно тому, как представление может служить основой для действия, создание художественного образа или модели может являться первым шагом на пути актуализации новых потребностей и свойств. То, что мы делаем и воплощаем в реальности, когда-то присутствовало в нашем воображении, интуиции или сновидениях в виде символов. Таким образом, создание особых художественных объектов наподобие талисманов может прокладывать путь более активным действиям в реальном мире.

Изобразительная продукция как «талисман»

Понятие талисмана применительно к изобразительной продукции, создаваемой в процессе арт-терапевтических занятий впервые использовано английским аналитическим арт-психотерапевтом Джой Шаверьен в работе «Образ откровения» (Schaverien 1992). Она описывает и объясняет две разновидности переносных феноменов в арт-терапии. Одна из них связана с переносом на арт-терапевта, другая – на изобразительную продукцию. При этом Шаверьен ассоциирует данные разновидности переноса с психодинамическим феноменом «козла отпущения». Она считает, что изобразительная продукция может играть роль «козла отпущения», когда клиент охвачен неприятными или угрожающими мыслями и чувствами. Он может воспринимать создаваемую им изобразительную продукцию как связанную с этими неприятными переживаниями. Желая подавить их, он может попытаться уничтожить свою продукцию, спрятать ее или доверить ее арт-терапевту как тому, кто может обуздать и контролировать угрожающие клиенту силы. По мере того, как клиент постепенно интегрирует поначалу неприемлемые или неприятные переживания и качества, его отношение к изобразительной продукции становится более спокойным.

Предлагаемое Шаверьен понимание изобразительной продукции как своеобразного «козла отпущения», на которого могут отреагироваться сложные переживания клиента, объясняет лишь один из аспектов или функций талисмана или «магического» объекта. Другой аспект связан с целенаправленным созданием талисманов в арт-терапии, в том числе, в тесной связи с повествованиями.

Талисманы и взаимодействие с ними в разных культурах

Для многих культур характерно создание объектов, выполняющих функции талисманов. Можно привести немало примеров того, как создаваемые и используемые в процессе ритуальных практик объекты наделяются особым значением, и люди верят, что эти объекты способны обеспечить им защиту, гарантировать успех или исцеление. В обыденной жизни мы также часто обращаемся к тем предметам, которые напоминают нам  о чем-то ценном или приятном. Особую группу предметов, играющих аналогичную роль,  составляют те, которые связаны с религиозными верованиями и практиками.

Во многих традиционных историях герой создает своими руками некий объект, который позволяет ему реализовать затем свою миссию, либо снять заклятие. В сказке о шести лебедях героиня шьет из «звездного цветка» (льна) шесть рубах для того, чтобы освободить от злых чар своих шестерых братьев, превращенных колдуньей в лебедей. Героиня никак не может дошить шестую рубаху, и когда заклятие все же снимается, пятеро братьев обретают свой прежний облик, и лишь у шестого, самого младшего из них, вместо правой руки остается лебединое крыло.

Эта деталь вызывает множество ассоциаций и может предполагать разные интерпретации. Согласно одним, наличие у младшего брата лебединого крыла интерпретируется как недостаток, «черная метка». Согласно другим – как достоинство и благо. А может быть, верно и то, и другое? Возможно также, что в этой сказке скрыта мысль о том, что проклятие было бы снято и без шитья рубах, и что человеческие усилия недостаточны, и наша судьба определяется силами, находящимися вне нас?

В других историях, однако, подчеркивается определяющая роль усилий самого героя, делающего что-то своими руками. Так, например, молодая принцесса, живущая под видом простой крестьянки, должна научиться играть на скрипке, изготавливать горшки и продавать их на рынке, печь хлеб и подавать его на королевский стол. В некоторых повествованиях подчеркивается ценность как процесса работы над созданием объекта, так и самого конечного продукта. Так, мастер может попросить подмастерье изготовить миниатюрную копию чего-либо для того, чтобы убедиться в его личных качествах. Иногда миниатюрная модель вещи или существа заменяет их самих. Миниатюрное изображение волка может видеть, обонять и мыслить по-волчьи, сопровождая героя и помогая ему во время путешествия.